1.3.3. Ассоциативный эксперимент
^ Вверх

1.3.3. Ассоциативный эксперимент

 

B лингвистике давний интерес к вербальным ассоциациям обусловлен самой природой языкового значения: слово как знак объекта связано со своим обозначаемым прежде всего по ассоциации.

К настоящему времени определены некоторые классические положения теории ассоциаций, на которых мы подробно остановимся, поскольку методика ассоциативного эксперимента лежит в основе нашего исследования.

Единицей анализа признается ассоциативная структура – два объекта, между которыми существует ассоциация. Минимальной ассоциативной структурой является пара слов - стимул – реакция (S > R). Стрелка между ними показывает направление ассоциативной связи. На письме слово-стимул выделяют прописными буквами, а слово- реакцию – строчными: БАБУШКА > девочка. На один стимул может быть получена целая цепочка реакций, в которой все предыдущие реакции оказываются дополнительными стимулами для последующих, например: БАБУШКА > девочка> (ДЕВОЧКА) >любить >  (ЛЮБИТЬ) > жизнь > (ЖИЗНЬ) > день... Промежуточные стимулы как бы направляют процесс ассоциирования, при этом в цепочке ассоциативно связаны только смежные слова, а не первое и, например, последнее.

 Различают два вида ассоциативных экспериментов:

1) свободный ассоциативный эксперимент (в дальнейшем САЭ), в котором испытуемым предлагают отвечать первой пришедшей в голову реакцией при предъявлении слова-стимула, ничем не ограничивая ни формальные, ни семантические особенности слова-реакции;

2) направленный ассоциативный эксперимент (далее НАЭ), в котором  исследователь некоторым образом ограничивает выбор предполагаемой реакции, дает дополнительные инструкции (например, отвечать только прилагательным).

Как показывают данные экспериментов, направленность ассоциации делает ее значительно более сосредоточенной, сокращает разброс (за счет снятия ненаправленных реакций) и потому позволяет, в отличие от САЭ, ограничиться значительно меньшим числом информантов для получения надежных данных. Так, например, в САЭ на стимул ВЫСОКИЙ самой частотной реакцией была низкий (18,6%). В НАЭ с противопоставлениями в ответ на стимул ВЫСОКИЙ ассоциат низкий был получен от 100% информантов. Такого рода эксперимент позволяет обнаружить определенные аспекты многозначности слова (распределение наиболее частых реакций на слово МЕЛКИЙ таково: глубокий 52%, крупный – 44%) или, напротив, синонимии (ЗАЩИТА > нападение, атака), или вариантности (реакции на слово ДРУЖЕСКИЙ распределились между вражеский – 68% и враждебный – 32%) (по данным А.П. Клименко [131]).

Разновидности НАЭ разнообразны. Одной из самых известных и плодотворных является семантический дифференциал Дж. Осгуда. Эта методика создана на основе нескольких биполярных шкал прилагательных, обозначающих противоположные признаки, например: сильный - слабый, добрый – злой и пр. Проявление соответствующего признака оценивается до семи баллов: от –3 до +3 или от +1 до +7, причем левый край шкалы связан с тем признаком, который упомянут первым. Это важно, во-первых, для того чтобы оценка по семантическому дифференциалу не ассоциировалась со школьной системой отметок – чем меньше, тем хуже; а во-вторых – для объективности оценки, чтобы избежать автоматической расстановки баллов. При помощи специальных исследований автор методики выделил наиболее важные для человеческого сознания признаки, которые группируются вокруг трех базовых – силы, оценки, активности [200, с. 20].

Невербальная версия  семантического дифференциала  разработана  В.Ф. Петренко. Согласно этой гипотезе признаки задаются не антонимической парой, а определенными фигурами [207].

Достаточно распространены и другие версии НАЭ – толкование значения слова-стимула (Доценко); развертывание предложения или текста на базе данных слов (Clark); заполнение пропусков в контексте (Белянин, Брудный) [200, с. 21-22]. В любом случае использование ассоциативных экспериментальных методик позволяет получить надежные и легко обозримые данные для разрешения спорных вопросов, связанных с субъективным переживанием говорящим некоторых языковых фактов.

Ассоциативные ответы никогда не являются случайными, их можно разделить по крайней мере на две большие группы, которые обозначаются терминами “внешние” и “внутренние” ассоциативные связи.

Под “внешними” ассоциативными связями обычно понимаются “ассоциации по смежности”, когда данное слово вызывает какой-либо компонент той наглядной ситуации, в которую входит названный объект (например, такие ассоциативные связи, как ДОМ > крыша, СОБАКА > хвост).

Под “внутренними” ассоциативными связями понимаются те связи, которые вызываются включением слова в определенную категорию (СОБАКА > животное, ДУБ > дерево). Эти ассоциации называются “ассоциациями по сходству” или “ассоциациями по контрасту”.

А.А. Залевская и Т.Б. Виноградова  некоторые пары слов-стимулов и ассоциативных реакций называют психологическими симилярами, т.е. подобными или сходными по смыслу с позиций носителя данного языка (например: РЕБЕНОК > детство, ВЕЗТИ > удача) [95].

Число факторов, определяющих появление той или иной ассоциации, с точностью не установлено. Есть ассоциативные реакции, типичные для некоторого данного класса ситуаций; имеются ассоциации, преимущественно присущие представителям некоторой группы и связанные с их образовательными, профессиональными, возрастными, половыми особенностями; существуют, наконец, ассоциации, обусловленные частными особенностями индивидуального опыта данной конкретной личности или ее психическим статусом.

Получаемые в ходе ассоциативного эксперимента реакции распределяются в основном как синтагматические и парадигматические [93, 131, 200].

Синтагматические – это такие реакции, которые возникают у испытуемых при попытке составить с данным словом-стимулом словосочетание (например: СТОЛ > круглый). Парадигматические реакции – это слова, принадлежащие к той семантической группировке, что и стимул (СТОЛ > стул, ЧЕРНЫЙ > белый), в том числе синонимы, антонимы и т.д. Отмечается и третий тип ассоциативных реакций – тематический, лингвистическая сущность которого сотоит в том, что реакции не входят непосредственно в семантическую группу с данными стимулами и не составляют с ними сочетания (например: ТЕМНО > ночь).

По мнению Ю.Н. Караулова, все ассоциативные реакции следует трактовать «как следы текстов, которые проходили в разное время или проходят в данный момент через ассоциативно-вербальную сеть испытуемого» [124, с. 113]. Таким образом, весь процесс ассоциирования (или, по Караулову, реконструкции сети в АЭ) – это начало предицирования говорящим, то есть соединения предмета и признака в широком смысле слова (например: ЖИТЕЛЬ > это обыкновенный человек, ЖИТЕЛЬ > деревня, деревни).

Изучение семантических свойств слова – одно из наиболее разработанных направлений в исследовании вербальных ассоциаций. Фундаментальным трудом в данной области является монография Дж. Диза “Структура ассоциаций в языке и мышлении” [цит. по: 200, с. 23]. Дизом впервые экспериментально установлена и интерпретирована корреляция семантических и ассоциативных характеристик слова. Он предложил способ выявления внутриязыкового ассоциативного значения слова при помощи анализа распределения ассоциаций на него. Ученым доказано, что распределение реакций на стимул отражает структуру ассоциативного  значения слова, а также им выявлены две базовые операции для классификации значения: противопоставление и объединение. Исходя из этого, сформулированы два закона вербальной ассоциации:

1. Между элементами (словами) существует ассоциативная связь в том случае, если они могут быть противопоставлены друг другу единственным и недвусмысленным способом;

2. Между элементами (словами) существует ассоциативная связь в том случае, если они объединены на основе общности двух или более характеристик.

К. Нобл предложил измерять осмысленность слова-стимула через количество ассоциирующихся с ним слов [189, с. 60-61]. Он вывел формулу значения стимула (так называемый индекс Нобла) и с ее помощью показал степень зависимости между тем, насколько глубоко понимает испытуемый значение того или иного слова, и тем, сколько и каких возникает у него ассоциаций. Так, мера осмысленности некоторого слова S, обозначаемая как ms, определяется Ноблом из соотношения суммы разных “приемлемых” ассоциаций на данное слово у каждого испытуемого (Ri), взятой для всех   испытуемых  (N):

 ms= N1åi=1N Ri

Ю.Д. Апресян разработал методику определения степени вхождения слова в семантические поля, исходя из того, в какие семантические поля входят ассоциаты на это слово. В качестве меры вхождения слова А в семантическое поле слова В   Апресян предложил величину МАВ= (nв – 1): N, где  nв – количество реакций В на слово А, а N – число участников эксперимента [7].

В ходе ассоциативного эксперимента можно наблюдать различные аспекты языкового сознания: и план выражения языкового знака (фонетические ассоциации типа ГОД > код, ВАННА > манна), и план содержания (различного рода ассоциации, в процессе которых испытуемые называют слова, связанные с заданными теми или иными смысловыми связями, например: ДЕВОЧКА > Красная Шапочка, Дюймовочка), и лексическая система (типичные лексико-парадигматические ассоциации типа СТОЛ > стул), и грамматические правила (синтагматические ассоциации типа ЧИТАТЬ > книгу, быстро), и словообразовательные или морфемные связи (ЖЕЛТЫЙ > желтеть, желтизна, желтоватый). В ассоциативном эксперименте находит отражение как языковая система (лексико-парадигматические, грамматические, словообразовательные, фонетические ассоциации), так и стремление к ее текстовому использованию (синтагматические ассоциации, различного рода текстовые реминисценции и т.п.).

Таким образом, ассоциативный эксперимент способен дать объективные данные о различных аспектах отражения языкового сознания, в том числе и о лингвокреативной деятельности женщин и мужчин.